К 80-летию завершения Харьковского процесса над нацистскими военными преступниками ФСБ России обнародовала советские документы о зверствах гитлеровцев, совершённых во время оккупации города, о суде над ними и о справедливом возмездии, которое их настигло. На сайте ведомства размещены сообщение о приведении в исполнение приговора трибунала 4-го Украинского фронта, докладная записка Смерша о нацистских военных преступлениях, совершённых в Харькове, а также материалы средств массовой информации о ходе судебного процесса.
По словам историков, Харьковский процесс был первым в истории советским открытым судом, во время которого на скамье подсудимых оказались немецкие военные преступники.К 80-летию завершения Харьковского процесса в рамках историко-просветительского проекта «Без срока давности» Центр общественных связей ФСБ России публикует на официальном сайте ведомства копии архивных документов о деятельности советских органов государственной безопасности по документированию преступлений нацистских оккупантов в годы Великой Отечественной войны. По словам историков, обнародованные материалы играют важную роль в недопущении реабилитации нацизма и предотвращении подобных преступлений в будущем.
«Мужские и женские туфли, детские ботиночки и шапочки»
Харьков был захвачен нацистам 24 октября 1941 года и находился под гитлеровской оккупацией почти два года. Советские войска предприняли несколько попыток вытеснить оккупантов из города, но окончательно Харьков был освобождён только 23 августа 1943 года.
По словам историков, нацисты установили в городе жестокий оккупационный режим. Десятки тысяч жителей были убиты гитлеровцами и погибли в результате созданных оккупантами невыносимых условий существования.
Нацистские преступники грабили мирное население и подвергали заподозренных в нелояльности людей изуверским пыткам. Из-за изъятия гитлеровцами продовольствия люди голодали. Харьковскую молодёжь массово угоняли в рабство на территорию Германии.После освобождения Харькова, в августе–сентябре 1943 года сотрудники Управлений контрразведки Смерш Степного и Северо-Кавказского фронтов, а также следственного отдела Главного управления контрразведки (ГУКР) Смерш Наркомата обороны СССР, путём опроса свидетелей и допросов немецких военнопленных установили главных виновников и некоторых непосредственных участников истребления мирных советских граждан в городе Харькове и Харьковской области.
По данным ФСБ России, 28 сентября 1943 года начальник ГУКР Смерш комиссар государственной безопасности 2-го ранга Виктор Абакумов направил в Государственный комитет обороны СССР (Иосифу Сталину и Вячеславу Молотову) докладную записку № 251/А о многочисленных фактах истребления мирных советских граждан в Харькове, в том числе с использованием специально оборудованных «автомобилей-душегубок». В документе указывалось, что «в отличие от процесса, проведенного в Краснодаре, где о «душегубках» показывали только советские граждане, в настоящее время выявлены и арестованы немцы».
К моменту составления докладной записки Смерш уже установил факты убийства «путём удушения, расстрелов и сожжения» в Харькове свыше 26 тыс. советских граждан. В дальнейшем исследователи оценили общее количество жертв нацистских расправ в городе примерно в 30 тыс.
В докладной записке Абакумова содержатся, в частности, показания бывшего сотрудника немецкой тайной полевой полиции Рейнгарда Рецлава, в которых описывается начало использования нацистами в Харькове «автомобилей-душегубок»:
«Придя как-то в первых числах марта 1942 года в тюрьму, я обратил внимание на группу полицейских, столпившихся около находившейся во дворе большой автомашины. Я спросил у своего знакомого сотрудника «СД» Каминского, что это за машина и для какой цели она предназначена. Каминский мне рассказал, что это «газваген» или по-русски газовый автомобиль, который имеет назначение облегчить, как он выразился, наш труд по истреблению нежелательных для немцев элементов и освободить от излишних хлопот и расходов, связанных с расстрелами советских людей».
По словам Рецлава, газовый автомобиль, находившийся в ведении штаба Харьковского охранного отряда «СД», представлял собой большую грузовую автомашину тёмно-серого цвета с закрытым металлическим кузовом. В его задней части имелась герметически закрывающаяся двустворчатая дверь.
«Внутренняя сторона кузова покрыта в черный цвет, пол кузова деревянный, решетчатый, по которому проходит змеевик, соединённый с выхлопной трубой мотора. На змеевике имеется большое количество просверленных отверстий, через которые отработанные газы поступают в машину», — говорится в показаниях Рецлава.
Бывший советский военнослужащий, перешедший на сторону врага, Михаил Буланов рассказал, что «душегубку» в Харьков доставили в начале 1942 года. По его словам, в здании гестапо или тюрьмы кузов автомобиля до отказа загружали людьми. Когда машина прибывала в район «старых бараков городка «ХТЗ», все они были уже мертвы. Полицейские относили тела в бараки, а когда те наполнялись, поджигали их.
«При помощи «душегубки» в течение зимы и весны 1942 года. в г. Харькове гастаповцы истребили несколько тысяч советских граждан, в том числе и детей. Мне приходилось производить чистку кузова, где я часто обнаруживал оставшиеся там мужские и женские туфли, детские ботиночки и шапочки», — дал показания Буланов.
Вместе с тем Рецлав рассказал советскому следствию не только о «душегубках», но и о пытках советских граждан, в которых он лично принимал участие.
«Арестованных избивали настолько жестоко, что душераздирающие крики избиваемых наполняли весь дом по Сумской улице в Харькове и были слышны далеко за его пределами... По приказанию начальника команды ГФП (тайной полевой полиции) комиссара полиции Карахана и секретаря Вульф я избивал арестованных, когда следователи уставали от избиения. Нам настоятельно внушали, что каждый русский человек — это партизан, зверь и что другого обращения русский человек не заслужил. Сотрудников, проявлявших жестокость к русским, высоко ценили и поощряли по службе», — отмечается в показаниях Рецлава.
Добровольно перешедший на сторону Красной армии бывший сотрудник немецкой радиоразведки Ганс Лойда рассказал следователям о том, что во время службы в германской армии неоднократно становился свидетелем издевательств эсэсовцев над советскими гражданами.
Он лично видел, как окровавленных людей вытаскивали из помещений, в которых производились допросы, а также о том, как в «автомобили-душегубки» за волосы втаскивали женщин и забрасывали детей. При этом немецкие офицеры, наблюдая за происходящим, отпускали издевательские шутки.
В марте 1943 года нацисты расстреляли и сожгли около 800 захваченных в плен в сортировочном госпитале советских солдат и офицеров.
«Во время зверского уничтожения больных и раненых бойцов и офицеров нашего госпиталя немцы обнаружили в подвале здания раненых. Палками и рукоятками пистолетов начали выгонять их из подвала во двор. Тяжело раненых расстреливали тут же в подвале, а способных двигаться выстроили во дворе около стены и расстреляли», — дала показания медсестра Сокольская.
«Преступники от расплаты не уйдут»
Завершая свою докладную записку, Абакумов предложил организовать по харьковскому делу гласный процесс с освещением его в печати.
11 декабря 1943 года обвинительное заключение по делу было утверждено генеральным прокурором СССР Константином Горшениным.
15—18 декабря 1943 года советские власти провели открытый Харьковский процесс над нацистскими военными преступниками. На скамье подсудимых военного трибунала 4-го Украинского фронта оказались капитан военной контрразведки Вильгельм Лангхельд, заместитель командира роты СС, унтерштурмфюрер Ганс Риц, сотрудник харьковского гестапо старший ефрейтор Рейнгард Рецлав и 26-летний шофер зондеркоманды Михаил Буланов.
«Харьковский процесс стал важнейшей вехой в истории — первым открытым судом над немецкими военными преступниками в СССР. Ранее прошёл Краснодарский процесс, но на нём судили коллаборационистов, а в этот раз на скамье подсудимых оказались немцы. Это был важный шаг к международному процессу, который в дальнейшем произошёл в Нюрнберге. После Харькова стало понятно, что нацистские военные преступники от расплаты не уйдут», — отметил в разговоре с RT член Ассоциации историков Союзного государства Александр Макушин.
Своих корреспондентов в Харьков прислали американские The New York Times и Radio Columbia, британские The Times и The Daily Express, также присутствовали журналисты «Свободной Франции». Специальный фильм о Харьковском процессе сняли советские документалисты.
Находившиеся на скамье подсудимых исполнители пытались оправдать себя тем, что они выполняли приказ, но этом им не помогло. Суд заключил, что исполнение заведомо преступных приказов, направленных на зверские убийства тысяч мирных людей, не может служить оправданием. Все подсудимые были приговорены к смертной казни. Приговор был приведён в исполнение в Харькове на следующий день после его оглашения — 19 декабря 1943 года.
«На городской площади во время приведения в исполнение приговора Военного трибунала присутствовали свыше 40 тыс. трудящихся города Харькова и колхозников близлежащих районов Харьковской области, бойцы и офицеры Красной Армии, представители советской и иностранной прессы. Оглашение и приведение в исполнение приговора было встречено трудящимися города Харькова и присутствовавшими колхозниками районов Харьковской области с большим удовлетворением, бурными и долго несмолкающими аплодисментами», — говорится в сообщении ТАСС, размещённом на сайте ФСБ РФ.
Свежие комментарии