На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

RT Russia

11 389 подписчиков

Свежие комментарии

  • Виктория
    Марк тогда полностью выложился на Команднике и была расстроена потом новостью об обнаружении допинга в пробе Камилы, ...Успех Валиевой и ...
  • Неонил Принципов
    Все равно Курилы не отдадим! 😉🤣🤣🤣Аналитик назвал «...
  • Eduard
    Скрывая преступления вч сами становитесь СОУЧАСТНИКАМИ преступлений той же СЩА!Аналитик назвал «...

«Как можно было оставаться в стороне?»: ветеран ополчения ДНР — об участии в СВО и спасении при танковом обстреле

Полковник Виктор Аносов — ветеран ополчения ДНР. Когда началась спецоперация, он, не раздумывая, отправился добровольцем. На передовой 57-летний Виктор во время разведки попал под танковый обстрел и получил серьёзное ранение, чудом удалось избежать ампутации. Однако, несмотря на добровольное участие в СВО, у мужчины до сих пор нет статуса участника боевых действий и он вынужден оплачивать реабилитацию самостоятельно.

Крымчанин Виктор Аносов, известный своим сослуживцам под позывным Нос, защищает Донбасс с 2014 года. Когда в регионе началось противостояние украинскому режиму, мужчина вступил в добровольческое подразделение в ДНР. 

12 апреля 2014 года отряд из 52 ополченцев, в котором был и Аносов, взял под контроль Славянск — транспортный узел к северу от Донецка. Там Аносов служил военным комендантом города. Затем были бои с украинской армией за Шахтёрск, Иловайск, Донецкий аэропорт и Дебальцево. 

За участие в защите Донбасских республик Виктора Аносова наградили четырьмя Георгиевскими крестами Донецкой Народной Республики. Сейчас он единственный полный Георгиевский Кавалер ДНР среди россиян, которые участвовали в боевых действиях в республике как добровольцы.

«Отряд сможет помочь»

Его последний контракт в ополчении ДНР закончился 1 ноября 2016 года. Но после этого Аносов продолжал регулярно ездить в Донбасс —привозил мирным жителям гуманитарную помощь. 

После начала спецоперации, полковник, которому исполнилось 57 лет, отправился добровольцем на передовую в составе отряда «Центр» Союза добровольцев Донбасса.

Кадр: видео RT

«Многие мои знакомые говорили, что я свой воинский долг уже выполнил и надо дальше заниматься гуманитарной помощью. Но как можно было оставаться в стороне, — говорит Аносов. — Я думаю, что если бы не пошёл, то не смог бы потом ужиться со своей совестью. Тем более меня знают многие [из донбасского ополчения], и потом возникли бы вопросы ко мне: «Что ж ты отсиделся?». 

Вместе с Виктором на спецоперацию в отряд «Центр» вызвались ещё 25 его друзей и знакомых. Некоторых Аносов знал ещё с Крымской весны и ополчения, с кем-то просто вместе работал.

«Среди них были и непрофессиональные военные, которые о войне вообще не имели представления», — вспоминает Виктор. 

По его словам, в добровольческую группу вошли в основном мужчины старше 40 лет, а во время сборов на передовую приходили и мужчины старше 60 лет — говорили, что тоже готовы ехать с ним. Некоторых он отговаривал, убеждал, что это уже не для них и надо ехать домой. 

«Те, кого я всё-таки не взял в группу, обиделись на меня: даже два-три месяца со мной не разговаривали. И потом всё равно они ушли на передовую, как и хотели, просто другим путём. Сейчас воюют в других подразделениях», — говорит полковник.

Танк выстрелил прямой наводкой

В зоне спецоперации Аносов занял должность начальника штаба отряда «Центр». По словам Виктора, боевые действия 2022 года сильно отличались от того, что ему приходилось пережить в ополчении в 2014-2016 годах.

«Тогда нас было меньше, я знал всех командиров батальонов и полков, которые были сформированы в ДНР. Тут же на одном участке фронта подразделений было много, и ты просто не успевал со всеми познакомиться. Заходишь на новую позицию, и тебе надо быстро сориентироваться, какие подразделения рядом. К тому же тогда на нашем участке были проблемы со связью, это сказывалось на работе», — говорит собеседник.

Полковник Аносов на передовой во время участия в спецоперации Фото из личного архива

Ещё одно отличие, по мнению Аносова, — это ожесточённость и агрессивность националистических батальонов. 

«Не раз случалось, когда наши выходили на связь с украинскими военными и предлагали перемирие, чтобы мы могли вытащить наших двухсотых(убитых-прим. RT), а они – своих. Они отказывали, говорили: «Свои не нужны и ваших не дадим вытащить». И всегда, если наши пытались вытащить своих раненых, например, из разведотряда, они сразу закидывали миномётами и артиллерией. Во всяком случае там, где я служил, это было постоянно», — вспоминает собеседник.

На должности начальника штаба отряда Аносов отвечал за обеспечение бойцов вооружением, боеприпасами и провиантом, контролировал ротацию подчинённых и отвечал за выполнение приказов, которые получал от вышестоящего командования. Но при этом офицер также регулярно сам участвовал в боевых действиях.

В конце мая его подразделение вело разведку перед штурмом села Долгенькое на Изюмском направлении. 

«Мы рассредоточились по укрытиям, чтобы потом пойти на штурм организованно. У противника в этом месте были очень хорошо подготовлены и оборона и средства наблюдения, и нам надо было провести разведку, чтобы понять, в каких местах можно закрепиться», — вспоминает полковник.

Во время проверки одного из участков, через который планировалась атака, Аносов попал под танковый обстрел. Первый снаряд разорвался в пяти-семи метрах слева от военного – осколком ему перебило руку.

«Я сразу подумал, что руку оторвало, потому что она повисла в манжете. Я её поджал под себя и перебежками метров 100 пробирался к своим. И ведь не пожалели снарядов на меня: танк после этого дал ещё пять залпов, чтобы «доработать», — говорит Аносов.

Через полтора часа после ранения командир лежал на операционном столе. Во время второй операции, которую ему провели уже в тыловом госпитале, мужчине поставили в руку металлические фиксаторы, потому что она держалась лишь на коже и сухожилиях – кости предплечья были перебиты.

Добровольцы без статуса

Почти три месяца Виктор Аносов проходил лечение в Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова в Санкт-Петербурге. Врачам удалось спасти руку, несмотря на высокую угрозу ампутации. Кости предплечья укрепили несколькими металлическими пластинами. Специалисты предполагали даже заменить локтевой сустав на искусственный, но в предплечье осталось слишком мало мышц, которые бы его держали.

«Уже после лечения я ходил на консультацию к профессору в Крыму, он сказал, что военные врачи в Питере сотворили настоящее чудо с рукой. Он тогда добавил: «Теперь жди второго чуда, что у тебя нервы вырастут и рука будет лучше шевелиться». Сейчас левая рука работает процентов на 10-15. Во всяком случае я могу ей взять что-то нетяжёлое и держать», — рассказывает Виктор.

Из 25 добровольцев, которые отправились на передовую вместе с Аносовым, большинство мужчин продолжают служить на передовой. Некоторые его товарищи погибли.

«Конечно, когда я узнавал, что кто-то из моих ребят на СВО пострадал или тем более погиб, было тяжело. Я даже чувствовал какую-то свою вину, хотя это случалось с ребятами уже после моего ранения, когда меня на фронте не было. Но всё же это я их на СВО повёл, потому что они мне поверили», — признаётся Виктор.

Виктор Аносов во время лечения. Слева — глава ДНР Денис Пушилин Фото из личного архива

Сам он после лечения вернулся к семье в Крым и продолжил помогать бойцам в Донбассе: он возглавляет Крымское отделение Союза добровольцев Донбасса и отправляет для военнослужащих на передовой необходимые вещи, а также подарки и письма от жителей республики.

Всю реабилитацию, которая ему необходима, чтобы вернуть подвижность и функцию руки, мужчине пока приходится оплачивать самому.

Дело в том, что Аносову до сих пор не предоставили статус участника боевых действий (УБД) в России. Сейчас у мужчины есть удостоверение УБД ДНР, которое действует лишь на территории республики, хотя она уже вошла в состав РФ.

По словам собеседника, с аналогичной проблемой столкнулись и другие добровольцы, которые отправились на спецоперацию до того, как в России в ноябре прошлого года приняли закон о том, чтобы приравнять добровольцев к военнослужащим по контракту.

«Добровольцы, которые пошли на СВО весной-летом, заключали контракты не напрямую с Минобороны, а с различными «организациями и обществами». Например, мы заключали контракт с военной компанией «Редут», которая теперь не предоставляет в Минобороны списки с нашими именами, чтобы подтвердить, что мы участвовали в СВО», — поясняет Аносов.

Сейчас его единственным подтверждением участия в боевых действий является справка о ранении из госпиталя, но военкоматы, ответственные за выдачу удостоверений УБД, этот документ не принимают, потому что Аносов не значится в списках добровольцев, которым располагает Минобороны.

Виктор с женой Фото из личного архива

По этой же причине Аносов не может пройти военно-врачебную комиссию. По мнению Виктора, исправить несправедливость может закон, который приравняет участников боевых действий в Донбассе к УБД в России.

«Некоторые в правительстве и военном командовании считают, что раз нам платили деньги по контракту, то значит мы не должны претендовать на льготы и УБД. Но мы же пошли, когда стало сложно, поддержали нашу армию, сражались не хуже армейских подразделений, гибли, получали ранения. Основная масса добровольческих отрядов достойно сражались и не отступали. Я, конечно, против, чтобы статус УБД получали добровольцы, которые сбежали, отказывались выполнять боевые приказы, но на таких есть данные в соответствующих органах. Так же как и есть списки с добровольцами, которые честно выполнили свой воинский долг», — отмечает полковник Аносов.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх